Вот именно. Единственным источником сведений об обстоятельствах гибели Митридата Евпатора был Битоит. «Ну и что?» — спросите вы. Да то, что я не уверен в том, что Митридат действительно умер — тогда и так, как о том все судили.

Вот несколько фактов. Помпей увидел тело царя лишь спустя какое-то время после гибели Евпатора. Когда разложение уже хорошо поработало над трупом. И лишь тогда было дано распоряжение забальзамировать тело понтийского владыки.

Далее. Кто такой Асандр, ставший мужем внучки Митридата? Убивший изменившего Митридату Фарнака?

Никто не знает. Историки весьма невразумительно говорят «о каком-то представителе исчезнувшей ранее боспорской династии».

Но на Боспоре было лишь две династии: первая — Археанактиды (греческая) и вторая — Спартокиды (фракийская). Вторая сменила первую именно потому, что не осталось никаких потомков греческих царей-архонтов. А Митридат Евпатор стал боспорским царем именно потому, что у последнего Спартокида — Перисада V — не было никаких родственников.

С чего бы вдруг некто, неизвестный никому, бесцеремонно занял престол, убил законного царя Фарнака и благополучно царствовал на протяжении долгих-долгих лет? И в конце концов… уморил себя голодом. Знаете, почему? Чтобы тем, кто увидит тело умершего, не казались странными изменения его внешности.

Конечно, с точки зрения современного человека, женитьба на собственной внучке — это уж нечто патологическое. Но в те времена в восточных династиях — вполне обычное дело. Женились на родных сестрах, дочерях, племянницах и так далее.

Что было дальше?

Некий Аспург. Сын Асандра, о котором почему-то, заговорили лишь после смерти престарелого отца. А вернее, после того, как мать — Динамия, вдова «Асандра» — скрылась на несколько лет… в землях аспургиан. Вот так. И вернулся оттуда царь Аспург.